Атомный отсчет славы в Днепродзержинске

Две юбилейные даты в Днепродзержинске и в этом году останутся привычно незамеченными.

Первая дата - громкая, о ней давно известно: в феврале 1943 года Сталин подписывает решение Госкомитета обороны «Об атомном проекте»; на должность научного руководителя проекта назначается Игорь Курчатов с «наделением чрезвычайными полномочиями по мобилизации человеческих и материальных ресурсов» - это значит, атомному проекту, перемолотившему судьбу Днепродзержинска, - 70 лет. Дата поскромней, мало кому памятная, 1963-й год - пуск на Днепродзержинском азотно-туковом заводе производства доочистки газа - ПДГ. По признанию Международного консорциума «Мирный водород и энергетика» (2009 год), Днепродзержинский ПДГ -  это уникальный, современный, единственный в мире завод, технический и научный шедевр страны по производству дейтерия и тяжелой воды методом криогенной технологии разделения водорода…

Участие в АП (атомном проекте) в Днепродзержинске принимали три завода: ДМК, ПХЗ и установки тяжелой воды на азотно-туковом. О первых двух написано немало: историками, краеведами, работниками предприятий, современными критиками и защитниками АП. О тяжелой воде и ведущей ее роли в создании ядерного щита страны - почти ничего…

О тяжелой воде и большой тайне

Я знаю их фамилии, на ПДГ работала моя мама. Классе в седьмом, листая справочник по химии (вечер, семья мирно пила чай на кухне), пристала к маме с вопросом: «Что такое тяжелая вода?» Мама вдруг побледнела, медленно поставила чашку на стол и… упала в обморок. Первое, что она произнесла, придя в себя: «Никогда, прошу тебя, никогда меня об этом не спрашивай!» Этого предупреждения хватило с лихвой - уже 16 лет можно открыто говорить о том, что на самом деле «дочищали» на ПДГ, нужно вспомнить фамилии, открыть «городу и миру» тайны, без этого подвиг защитников Отечества неполон. Совершенно заслуженно называю их защитниками и говорю о подвиге, поскольку с днепродзержинской тяжелой водой (первая установка построена в 1946 году) связывают окончательное признание США паритета с СССР в области ядерных технологий с «определенным преимуществом в некоторых областях».

Стоит добавить, что в сентябре 1945 года президент США Трумэн подписал стратегический план «Дропшоп», предусматривающий ядерную бомбардировку 200 городов СССР - американские аналитики прогнозировали, что первая советская атомная бомба будет готова лишь к концу 50-х, но ошиблись. Не приходило в голову аналитикам США, что первая тяжелая вода появится в Союзе гораздо раньше, что «завхоз АП» Лаврентий Берия привлечет к работам сотни физиков, химиков и рядовых строителей из числа узников ГУЛАГа (у нас они многое построили), только в 1947 году участниками АП стали 47 тыс. человек. Первые аппаратчики «восьмерки» -  установки по производству тяжелой воды методом электролиза, построенной на Днепродзержинском азотно-туковом, в кратчайшие сроки освоят технологию. Трофим Черный, Петр Кравченко, Антонина Рыбалко учились технологии на одном из предприятий в Узбекистане, где рабочие между аппаратами передвигались… на осликах.

Не приходило в голову «условному противнику», что в Днепродзержинске в немыслимо сжатые сроки для самой энергоемкой в городе установки (той же «восьмерки») обеспечат нужные мощности. (Гораздо позже, в 70-х, установку на месяц остановили для ремонта, и в общих по городу показателях вдруг «выскочила» экономия почти 10 млн кВт. Тогдашний мэр Алексей Гордиенко заинтересовался невиданным парадоксом - экономия равнялась общегородскому энергопотреблению, и попросил объяснений. «Наверху» посоветовались и разрешили показать мэру часть неизвестного ему до этого городского хозяйства. После экскурсии Алексей Федорович, говорят, обреченно вздыхая, произнес: «Господи, и ЭТОТ УЖАС у нас производят тоже».)

Две аварии без последствий для города

В 1982 году устаревшую «восьмерку» закрыли, потому что на том же ДАТЗ в 1963 году удалось запустить криогенную технологию разделения водорода - ПДГ. НИГДЕ в мире по такой технологии тяжелую воду не получали, не удавалось наладить процесс! Автор проекта Иосиф Гельперин (разработка московского ГИАПа) вместе с нашими «пускачами» - Подосинниковым, Рединым, Рябчим, Безусом, Мальцевой - гордо сфотографировался к 25-летию ПДГ на фоне бюста Брежнева.  Нашу днепродзержинскую установку назвали памятником всей жизни академика Гельперина, чистота дейтерия достигала неимоверных параметров, себестоимость тяжелой воды была самой низкой в мире. По поводу уникальности пуска и последующей практически безаварийной работы мощного агрегата (две аварии без последствий для города за все время работы - с 1963 до 1996 года) приведу слова одного из научных экспертов атомного проекта - отзыв о попытке пусков на других предприятиях (и за рубежом не пошло - ни в США, ни в Норвегии, ни в Канаде): «Когда намерзает кислород, он образует довольно плотную кристаллическую массу. Если она трескается, получается взрыв. Очень такая эффектная вещь. Голубой такой огонь, и потом - бенц! Все взрывается к чертовой матери!»  А в Днепродзержинске получилось.

О мифах и правде

…С нашей тяжелой водой связана масса мифов и легенд - все героические, что вполне справедливо. Обозначалась она на баллонах для секретности первыми буками алфавита «продукт АБ-180» или «хладоагент АБ», и когда однажды грузчик в Одесском порту уронил баллон, «наши атомщики» едва собрали перепуганных рабочих. «Ага, - кричали грузчики в порту, - знаем мы ваше «АБ» - это ж атомная бомба».  Чтобы доказать безопасность «хладоагента» и сократить урон (тяжелая вода вытекала через трещину), один из наших «атомщиков» стал ею умываться. В принципе, безопасно, но для здоровья совершенно ни к чему.

Для перевозки тяжелой воды автотранспортом - рефрижераторами - была создана особая инструкция: остановки только в четко определенных «органами» местах, любые непредвиденные препятствия - давить (никого и ничего не задавили, обошлось), из путевого листа по мере продвижения грузовика постепенно вычеркивались: Днепродзержинск, Днепропетровская область, Украина… Оставалось в итоге - СССР.

Легенды легендами, но очень обидно, что о нашей днепродзержинской  тяжелой воде почти ничего не сказано (даже в Интернете). О норильской, чирчикской, кемеровской написаны массы статей, книг, воспоминаний. Там, правда, фамилий традиционно маловато (до сих пор атомщикам легче упасть в обморок, чем произнести вслух). Последнее маленькое упоминание - 2009 год, когда участники международного водородного консорциума сетовали «на варварское уничтожение производства и резку его на металлолом». В этом наши атомщики не виноваты, защищать производство пытались изо всех сил, держались еще пять лет после развала Союза. Но в пылу конверсии, охоты за «ценным металлом» наш недоделанный капитализм (или что там) выплеснул с водой и тяжелую воду. Как бы то ни было,  свою роль ПДГ сыграло: весь мир оценил возможности и способности днепродзержинской большой химии и физики обеспечивать мир. Теперь нам бы  оценить, признать наших атомщиков защитниками и героями.  В этом смысле самое время начинать обратный отсчет славы: СССР, Украина, Днепропетровская область, Днепродзержинск…