В Днепродзержинске взорвалась культурологическая бомба

Днепродзержинский краевед Юрий Антонович Пытель

Не каждый год случаются находки, касающиеся жизни того или иного известного человека, будь-то писатель, историк, спортсмен и т.п. Если и находят, то один-два, от силы несколько документов. А вот днепродзержинскому краеведу Юрию Антоновичу Пытелю посчастливилось найти целый архив известного врача, поэта и переводчика "Слова о полку Игоревом" на украинский язык Алексея Васильевича Коваленко (12(25).V.1881, с. Романково Екатеринослав. губ. — 29.IX.1962, Днепропетровск).

В день празднования четырехлетия общества краеведов "Днепродзержинск-Каменское" в библиотеке им.Шевченко были выставлены несколько стендов с находками. О том как это произошло рассказал Ю.Пытель.

Юрий Пытель покаывает свои находки Олегу Морозу

"На страницах социальной сети "Одноклассники" началась дискуссия об истории Днепродзержинска, - говорит он. - И знакомые, и не знакомые, и живущие в городе, и уехавшие из него в разные времена дискутировали. Кто-то опубликовал фотографию дом № 40 по улице Институтской. Но информация до смешного была неправильной, что я поместил свои 10 фотоснимков с комментариями, кто его построил, кто архитектор и т.п. Люди проявляли интерес, и я пошел дальше по проспекту Пелина (бывшему Гимназическому проспекту). Снова выложил фото с номерами домов, их историей. Все больше подключалось людей в дискуссию. Кто-то писал, что жил в каком-то доме, кто-то учился в гимназии и т.п. Таким образом наша экскурсия дошла до дома № 29, в котором раньше жил Алексей Коваленко.

Я уже давно хотел сфотографировать этот дом со стороны двора. Но там поместили пивной лоток и навесили металлические ворота. А двор охранял пес, огромный кавказец. Раньше я пытался залезть туда, чтоб только пофотографировать. Никакой другой цели у меня и не было. Ведь все считалось безнадежно утерянным. Так как со дня смерти А.Коваленко прошло 50 лет.

В этот раз я начал стучать в ворота, но собачего лая не услышал, и никто не выходил. Как только я перелез через забор, тут же из-за угла вышла огромная псина. Но пес откровенно в атаку не ринулся. Но стал рычать и подходить все ближе и ближе. Хорошо, что вышел хозяин дома, который с возмущением начал выяснять зачем я залез во двор. В итоге мы раззнакомились и я объяснил что мне надо. Сфотографировал я двор и постройки, находящиеся в нем. Сели выпили по чашке кофе. Хозяин говорит: "Ну, раз ты такой ненормальный, то приходи завтра, послезавтра, я буду закрывать собаку, а ты лезь на чердак. Там по колена фотографий, книг и всего прочего". Правда, я к этому отнесся скептически. Этот двор порядка трех-четырех лет назад купили люди, приехавшие из Армении. Зашел я в дом, посмотрел. Комнаты не переделывались. Все осталось как и тогда, когда жил Коваленко. Полез на чердак. Было темно. Все покрыто, пальца на три, графитом, и крыша стала уже затекать. Я нашел старую дверь, положил ее и попереносил на нее все то, что нашел в первый день. Когда нашел первую книгу без обложки "Частная фармакология" выпуска 1889 года, и прочитал надпись "Олексій Коваленко, липень 1920 рік", у меня задрожали руки от волнения и радости. Тут уже появился интерес рыть, копать дальше. Но сколько руками унесешь? Немного. За те две недели, что я рылся на чердаке, нашел 8 книг с автографами Коваленко.

Не все книги посвящены медицине. Есть художественные, а также учебники по математике, географии. Вот обыкновенной перьевой ручкой, но красивой вьязью, написано "Изъ книгъ А.Коваленко". Позже обнаружились детские рисунки. Например на одном из них нарисована девочка с теленком, и надпись: "3 січня 1928 року. Ця картина намальована з голови" (то есть, по памяти нарисованная. - прим. автора). А на втором рисунке профиль Т.Шевченко и надпись: "Ця картина намальована з альбому". Это рисунки младшего сына Коваленко, Бориса. Пока я нашел 11 рисунков. Обнаружил среди книг письма Алексея Васильевича. Вот, например, датированное 29 марта 1939 г. к дочке Ольге. Есть интересный документ. Оказывается и в то время занимались краеведением. Нашел  какие-то медицинские справки супруги Алексея, Варвары Александровны, в девичестве Быховой. Здесь же есть справка курса мастеров, датированная 1936 годом, среднего сына Владимира, погибшего в 1943 г. А буквально сегодня (т.е. 17 декабря) я нашел два письма с интересным адресом: "город Каменское, Днепропетровской области, проспект имени Пелина, третья средняя школа, Варваре Александровне Коваленко". Я быстренько полистал и меня заинтриговала подпись : "Крепко жму вашу руку. Мария Константиновна". Возможно это была Крус Мария Константиновна, которая читала географию в СШ № 6. А ее супруг работал директором  школы. Но письмо написано из Донбасса. Учитывая то, что Варвара Александровна умерла в 1945 году, после того, когда получили похоронку на сына, то надо считать, что это письмо довоенного периода. В одном из учебников нашлась "Ведомость об успехах ученика первой группы "Б" Коваленко Бориса". В этом самодельном табеле есть подпись отца, Алексея Коваленко. Найдены уникальные школьные тетради детей Коваленко. Книжка "Стежка додому" подписана рукой мальчика: "Боря Коваленко".

У меня уже даже появился раздел "Книги Варвары Быховой". Кстати, ее отец был руководителем певческого хора в правосланой церкви. Уже имеются около десятка книг с ее подписью. Например, двухтомник 1907 г. с хорошо сохранившимися картами "География", с печатью книжного магазина Бакуна из Запорожья-Каменского. Вот еще одна работа для наших искателей-краеведов. Найдены также книги Ольги и Владимира Коваленко. Интересный документ с штемпелем "Семирічна трудова школа імені Івана Франка № 3". Возможно это третья женская гимназия.

А вот газетные находки. "Дзержинец", "Знамя Дзержинки", "Известия", "За рубежом"  1932-37 годов. Есть несколько рекламныХ плакатов "Приватний крамар-торговець", брошюры Е.Ярославского, Г.Петровского "Как жил и живет украинский народ" (1937 г.). Есть даже книжка 1931 г. "Новые спортивные игры". Интерес представляет тетрадь со стихами, подписанная: "Н.И.Шкляр - Остолоп Романковский. 1927 год". В ней есть подписи "село Романково, первая трудовая школа", село Куриловка".

На одной из тетрадей есть обертка, на внутренней стороне которой имеется надпись "Амбулаторна картка на нещасний випадок". А книга была завернута в "Скорбный лист Воронежской земской больницы".

Оригинально выглядит изящная поздравительная открытка.  Есть тетрадь с рисунками и стишками, медицинскими конспектами. Возможно это тетрадь Владимира Коваленко".

Время не пощадило фотографии, пролежавшие 50 и больше лет. А на чердаке фотографии просто свалены в одну кучу. Уникальными являются три снимка, на которых сфотографирован Алексей Коваленко, лежащий в гробу.

"Эти удивительные находки еще раз открывают новые аспекты в отношении самого Коваленка и культуры, которая царила в то время, - комментирует директор библиотеки им.Т.Шевченко Татьяна Герасюта. - Культуры письма, культуры взаимоотношений, общения внутри семьи. О том как проходил процесс воспитания со стороны Коваленка в отношении своих детей. Это очень важно. Какие книги читали, в каком виде они сохранялись. Как формировалась сама культура в семье".

В подвале библиотеки, где работает Юрий Антонович Пытель с находками, еще много неразобранных упаковок литературы (книг, тетрадей, альбомов, журналов, брошюр), перевязанных матерчатыми тесемками. Их надо очистить от пыли, грязи, плесени. Просушить, подклеить, все перефотографировать. Так что открылся новый фронт работ для наших историков-краеведов.

В.Куленко