Воспоминание ветерана о бомбежке советских военнопленных на Лайнере "Кап Аркона"

Иван Гаврилович Собаченко, наш земляк - один из немногих выживших участников трагедии, разыгравшейся под конец войны - 3 мая 1945 года в Балтийском море. По разным оценкам тогда погибли от 7 до 13 тысяч человек, находившихся на немецких кораблях, бомбардированных американскими и английскими ВВС. В живых осталось всего несколько сотен человек.

Об этой истории стараются не вспоминать. В ней много загадок и тайн. Нет ответа на вопрос почему английские летчики бомбили корабли, переполненные узниками концлагерей.Никто из официальных лиц Великобритании и США ни разу не возложил цветы к подножию монументажертв этой бомбардировки. Никто из них не выразил соболезнования их родственникам.

Иван Гаврилович Собаченко проживает в селе Червоноивановка Криничанского района. На склоне лет он написал воспоминания о пережитом. Отрывок предлагаем вниманию читателей.

Записки из ада

24 апреля 1945 года наш поезд остановился в морском порту Любека. 55 вагонов, в каждом из них по 80-100 человек. Нас загнали в трюм большого парохода и вывезли в залив. Мы не знал, что нас ждет. Одни говорили, что передадут Красному Кресту, другие - что затопят в море.

Выдали по 300 граммов хлеба и по 15 граммов маргарина. Воды не было. Спустят сверху ведро, все вырывают друг у друга из рук. Разольют, а не напьются. Вода из-за борта, горько-соленая. Спас проливной дождь. Струи через щели в палубе стекали к нам в трюм.

Спустя несколько дней пришвартовались к океанскому лайнеру "Кап Аркона". Огромный корабль длинной метров 200. На палубе каюты, внизу жилые трюмы. Здесь была вода. Но пить не хотелось. Мы не ели четыре дня.

1 мая на 18 человек выдали по буханке хлеба. Полкило маргарина на 50 голодных ртов. Если лег, не было сил подняться. Я привязал к какому-то выступу шнурок, конец которого боялся выпустить из рук - без него не встать.

Было часов 8 вечера, когда раздался мощный взрыв. Огромный лайнер тряхонуло. Я вышел к лестнице, ведущей на палубу. Пароход взорвали, - мелькнула мысль. Пламени не было. В иллюминаторе в луче прожектора неподалеку от нас виднелась тонущая баржа. Там тоже были узники.

2 мая часов в 6 утра прозвучала команда: "Русские, выходи строиться!" Что-то меня насторожило. Спрятался, не вышел. Позже узнал, что 2000 человек перегрузили на судно "Атен", капитан которого решил вернуться в порт Нойштадта, который был уже освобожден англичанами. А на борт "Кап Аркона" подняли вместо них других узников с "Тильбека".
Было часа три пополудню, когда послышался гул самолетов. Кто-то сказал: "Будут бомбить". "За что? В чем мы виноваты?!"- попытался возразить, но мои слова заглушил взрыв бомбы. Над лайнером по два в ряд прошли шесть самолетов. Корабль охватило пламя.

Я не мог пробиться к лестнице, ведущей на палубу. Бросился в нижний трюм. Но там уже все полыхало. Вернулся назад. Толстая дверь, ведущая в туалетную. На ней стояли двое узников. Вещмешок к двери, на него, подтянулся, уже наверху. Лестница, у которой кишит живая масса метрах в двух от меня. Я не сводил с нее глаз. Будто кто-то толкнул - по плечам тех, кто внизу, бросился к ней, схватился руками за перекладину. Кто-то поймал мою ногу, потянул вниз. Вырвался. Я на палубе!

Труба, возвышающаяся метров на пятнадцать посредине корабля, растяжками крепилась к бортам. На ней два мостка. На одном из них на высоте метров 10 от палубы был прожектор. Корма полыхала. Огонь быстро распространялся. Бросился прочь. Упал, споткнувшись о вещмешок. Там была чистая сорочка. Переоделся. "Зачем? Все равно утонешь", - сказал кто-то рядом. "Ничего, - ответил.- Хотя бы на дно вшей не понесу". В вещмешке нашел банку маргарина. Разбил ее, поделившись с товарищем. Он протянул два кусочка сахара.

Внизу вода кишела людьми. Кто-то прыгает за борт, а кто-то просит вытащить его обратно. Кто-то пробовал спастить через иллюминаторы, но не смог, горел живьем. А сверху били автоматные очереди с самолетов, низко проносящихся над горящим лайнером. По палубе бежит человек со спасательным кругом, а за ним гонятся два матроса. Отняли круг, убегавший бросился за борт. Слышу их разговор: мол, корабль не утонет, здесь всего 18 метров глубины.
Палуба уже вся полыхала. Я забрался на трубу. Там на мостке прожектор. Жар снизу был невыносим. Кожух прожектора, куда спрятался, защищал от него.

Внизу был ад. Кто-то гасил пожар. Кто-то заворачивался в одеяло и превращался в живой факел. Но не метался, не пытался спастись. Километрах в 5-6 от нас горели два корабля, на которых тоже были узники концлагерей. Один из них, весь объятый пламенем, скрылся под водой, второй с большим креном напрявлялся к берегу, к Любеку.

Не было ни страха, ни сожаления. Не было ни чувств, ни мыслей. За три года в концлагере я свыкся со смертью. Ту, другую, довоенную жизнь я забыл, а лагерной жить не хотелось. Дул холодный ветер. Я запел. "Свихнулся? - закричал мой случайный товарищ.- Замолчи!" И мою песню, и его крик заглушил взрыв. Корабль вздрогнул и начал заваливаться на левый борт.

Те, кто был на носу лайнера, посыпались с него. Громадный корабль засасывал в себя воду вместе с людьми, медленно погружаясь в море. Я схватился за трос растяжки, повис на нем, изо всех сил стараясь не сорваться. На волнах качались трупы. Руки онемели, удалось ухватиться ногами. Рядом со мной еще один человек боролся за жизнь. Ноги его соскальзывали с троса, он бил ими меня по голове. Вдруг удары прекратились - сорвался.
Кто-то крикнул мне: "Плыви к пароходу". Тут вспомнил: я же умею плавать! Отпустил трос и поплыл к кораблю. Оказался в каком-то отсеке. Доски горели прямо над водой и было очень жарко. Нас здесь было четверо русских и еще двое каких-то иностранцев. Через полчаса один из наших сошел с ума и утопился.

Не знаю сколько все продолжалось. Уже темнело, когда послышался пароходный гудок. Это был небольшой буксир. На нем немцы, гражданские с красными повязками на рукавах. Они помогли нам перебраться на свой борт. Спасли тогда 30 человек. Я был 29-м. Все молчали. Что ждет нас на берегу?

Причалили. Видны в темноте фигуры в форме. А еще дальше - танк. "Который час?", - спросил кто-то. "23:00", - ответили. Часы были золотыми. Откуда они у доходяги лагерного? Тот рассказал, что когда лайнер перевернулся, кто-то из немцев просил помочь выбраться из воды, пообещав в награду эти часы. Их взял, а немцу помог пойти на дно. Не могло быть иначе между врагами.

Война закончилась. Мы тоже отмечали День Победы. В сборном лагере, организованном англичанами. В нем появлялись люди, отговаривавшие нас возвращаться домой. Говорили, что в советской зоне уже стоят наготове составы в Сибирь. Верили и не верили. Никто не знал что нас ждет дальше.

В средине мая в порт Нойштадта пришло несколько океанских лайнеров с немцами. Оружие они сдавали у трапа, спускаясь на пирс. Часть из них оставили в городе, часть отправили в другие лагеря. Глазам не верил, когда увидел как эти вояки начали наводить порядок в нашем лагере - драили забитые умывальники, уборные, выметали мусор в казармах и на территории. Устраивались основательно.

23 мая приехали за нами 300 студебеккеров. На них погрузили 7500 советских граждан. Попали мы в 208-й лагерь для репатриантов, где проходили фильтрационную проверку. Я был призван в армию, направлен в часть. Домой в родную Червоноивановку я вернулся в июле 1950 года, спустя 9 лет.

Иван Собаченко

Лайнер "Кап Аркона"

Для справки:

Бухта смерти

14 апреля 1945 года рейхсфюрер СС Гиммлер отдал приказ коменданту «Нойенгамма»: «Концлагерь немедленно эвакуировать. Ни один заключенный не должен попасть живым в руки врага». Через несколько дней руководство лагеря приступило к эвакуации. Узников доставили в Любек. По оценкам, здесь скопилось около 10 000 заключенных - менее половины из тех, кого начинали эвакуировать. Их погрузили на три корабля - "Кап Аркона", "Тильбек" и "Атен".

Атаку в бухте Любека выполнили девять «тайфунов» из эскадрильи №198 Королевских ВВС Великобритании. Ведущим группы был полковник авиации Джонни Болдуин, командир авиакрыла №123. Атака была направлена на два судна: большой трехтрубный лайнер "Кап Аркона" и малое судно "Тильбек".

Успех превзошел все ожидания. Около сорока ракетных снарядов попали в большее судно – 60-фунтовые боеголовки пробивали корпус и взрывались внутри. Вскоре судно пылало во всю длину. Более тридцати снарядов попали в меньшее судно, которое сильно накренилось и начало тонуть, выбрасывая клубы дыма.

Спустя примерно сорок лет после этих событий в ряде сенсационных статей в западногерманской прессе было заявлено, что истинные факты в отношении затопления «Кап Арконы» и «Тильбеке» держались в тайне в течение четырех десятилетий.

В одном из заявлений указывалось, что британская разведка знала о том, что на эти суда погружены узники концентрационных лагерей, и ничего не предприняла. В другом говорилось, что в королевских ВВС знали, чем загружены суда, и преднамеренно разрешили атаковать их, чтобы дать пилотам, вновь прибывшим из Англии, возможность приобрести некоторый боевой опыт до окончания войны.

Лайнер "Кап Аркона"

Корабль классла "люкс", построенный в 1927 году. В 1943-м принял участие в съемках фильма "Титаник". Был переоборудован в госпитальное судно. 3 мая 1945 года был затоплен в бухте порта Любек. По официальным данным на нем погибло 5594 человека.

В 1950 году «Кап Аркона» был разрезан водолазами и утилизирован. Спонсором проекта стала компания "Rolls Royce", которая была производителем ракет, уничтоживших судно. В задачу водолазов входило четко документировать ход работ и произвести тщательную съемку повреждений затонувшего корабля. Нужно это было, чтобы доказать эффективность
ракет потенциальным покупателям.

Людмила Глок