Памяти жертв голодомора: Валюта «желтого князя»

Украинская буква «і» подобна зажженной свечке, символизирующей вдохновенный и духовный народ с глубокими национальными корнями и многовековой историей, насыщенной трагическими событиями. Каким оно было, время со страшными последствиями для населения, оказавшегося в условиях жесточайшего голода с осени 1932 до лета 1933 года? Многое поражает в экспозиции прошлого, взятого из архивов памяти. Об этом поговорим с директором Музея истории города Каменского, кандидатом исторических наук Натальей Николаевной Булановой:

- Начну с того, что ежегодно мы собираемся почтить память жертв голодомора возле памятного знака на примузейной площади. В этом году открытие митинга состоится 26 ноября в 10.00. По разным оценкам историков голодной смертью умерло от трех с половиной до пяти миллионов человек, называют и большую цифру – восемь миллионов. Эти данные касаются только Украины, где происходило сознательное уничтожение людей, у которых подчистую забирали все продукты питания вплоть до скудных припасов на зиму. И люди один на один оставались с голодом, с «желтым князем», косившим крестьян и добиравшимся до городских жителей. Подтверждение этому найдено в документах, описывающих опухших от голода рабочих. Эти материалы опубликованы в сборнике «Чорна сповідь: кам’янський вимір трагедії», изданном нашим музеем. Что тревожит и огорчает сегодня? Обычно, возвращаясь с митинга в день скорби, я надеюсь увидеть огоньки, которые должны бы гореть в каждом окне. Но замечаю - их становится все меньше. Неужели такова цена нашей памяти?

- После издания книги «Чорна сповідь: кам’янський вимір трагедії» были еще публикации на тему голодомора?

- Эту книгу мы готовили к 75-й годовщине трагедии. Тогда, в 2008 году, лето выдалось жарким, но сотрудники нашего музея активно участвовали в сборе материала - ходили с рюкзаками по селам бывшего Каменского района в поисках очевидцев тех страшных событий, беседовали с теми, кого удалось найти. Не менее насыщенной оказалась подготовка самой книги к печати. Было много вариантов ее названия, обсуждался формат и распределение статей. Ну, а в довершение, когда для художественного оформления издания художник Александр Чегорка выполнил графические работы, стало ясно, что книга состоялась. На выставке, которая сейчас проводится в зале музея, экспозицию открывают пересеченные в виде креста иллюстрации книги со свадебным рушником, что символично в национальном контексте. Ценность этого издания заключается в синкретическом единении нарративных и документальных материалов с научными публикациями. Мы, конечно, не считаем эту тему закрытой и продолжаем поиски, хотя собрать материал на новую книгу очень проблематично.

- Что мешает успешной работе в этом направлении?

- Мешает то, что многие документы уничтожены, что очевидцев голодомора остается все меньше и приходится рассчитывать на достоверность пересказов их потомками. Еще одна сложность заключается в том, что люди не хотят говорить на эту тему - как известно, в свое время она была запрещена. Их сознание абсолютно искажено соответственно тому, насколько активно работала наша пропаганда. К примеру, на уровне обыденного сознания устоялась трактовка, что в селах умирали только ленивые, которые не хотели работать. Нередко нам было трудно разговорить людей, они с большим опасением относились к подобным вопросам. Мне довелось столкнуться с такой ситуацией: когда я работала в Петриковке по сбору материала, нашла интересного респондента 1916 года рождения – Александру Рябцун, которая не сразу решилась рассказать, что в 1933 году ее чуть не съели соседи. Страшно об этом и подумать, но случаи каннибализма зафиксированы в документах вплоть до мая 1933 года, пока не появилась трава, которую можно было употреблять в пищу. Эти знания впоследствии передавались из поколения в поколение на каком-то генном уровне. Помню, даже моя бабушка обучала меня, как различать травы на случай, если, не дай бог, придется голодать, и что еще можно взять у природы, чтобы выжить. Может, поэтому уже в детстве мне было интересно, кем были мои предки, как они жили, а позже меня увлекла история.

- Чем нынешняя выставка «Чорна сповідь Голодомору» отличается от предыдущих?

- Ну, прежде всего - широким использованием художественных произведений, которые подчеркивают исключительную жестокость ситуации в связи с голодом, дополняют эмоционально и вносят свой философский смысл в трактовку темы экспозиции. Особенно это касается живописных полотен нашего знаменитого земляка -- художника Михаила Мигрина. Они иллюстрируют процессы, происходившие на наших землях и именно на территории Каменского района. В унисон им звучат скульптуры Гарника Хачатряна.

- Сохранились ли в нашем районе места захоронения того периода?

- В экспозиции есть фотографии, а в книге – информация о захоронениях, которые обнаружены в период исследований. Они находятся в Романково в районе 27-й школы на улице Волочаевской. Думаю, есть захоронения и в других местах, например, в поселке Энергетиков. В нашей книге напечатаны списки жителей сел Каменское, Романково, Тритузное и Карнауховка, умерших голодной смертью в период 1932-1933 годов. Когда мы работали над ними с мартирологом, обращали внимание прежде всего на диагноз, ставший причиной смерти, исключая производственные травмы и болезни определенных органов. Оставляли только те, которые свидетельствовали о смерти от голода: истощение организма, водянка, рези в желудке и т. д.

Много лет Украина была повержена в шок от публикаций, которые раскрывали тайны 30-х годов ХХ столетия. Специалисты сделали все возможное, чтобы люди узнали правду. Даже после того, как мир признал голодомор 1932-1933 гг. геноцидом украинского народа, многие не могут для себя определить, был ли искусственный голод или это были вынужденные меры с жертвами во имя «светлого будущего». Пусть на этот вопрос ответит сам народ и тот, кому этот народ принадлежал безраздельно. «Кто виноват в преступлениях? Нет, не урожай. Это все власть. Им надо поднимать индустрию, государство, а сколько людей при этом погибло…» (из воспоминаний Гичун (Вакерины) Матрены Семеновны, 1925 г.р., с. Карнауховка).

«Хлеб нельзя рассматривать как простой товар… хлеб в наших нынешних условиях такой товар, который берут все и без которого нельзя существовать… Хлеб – это валюта валют» (из выступления И.В.Сталина на пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б) 24.04. 1929г).

Об этом нельзя не думать, это нельзя забывать, но главное – это не должно повториться. Никогда.

Мария Слободяник